Кам-гёрлс: Внутри румынской индустрии секс-кам
Интерактивное вебкамминг — это самый быстрорастущий сектор глобального порно-бизнеса. В Румынии тысячи женщин работают как «кам-девушки» из студий и из дома. Это рынок 24/7, большинство клиентов заходят из Северной Америки и Западной Европы.
В центре Бухареста на тротуаре перед высоким жилым зданием группа молодых женщин курит, разговаривает и смеется. Это ничем не примечательная сцена. За исключением того, что на ярком утреннем солнце их тяжелый макияж, высокие каблуки и блестящая, откровенная одежда контрастируют с разумным летним платьем прохожих.
Внутри здания Студия 20 занимает первый и второй этажи. Сорок комнат открываются от безупречных, белых коридоров, стены которых украшены фотографиями женщин в состояниях гламурной раздетости. Закрытая дверь означает бизнес. Внутри этой комнаты женщина ведет прямую трансляцию через вебкамеру с международными клиентами — и пока она одна в комнате, это совершенно законно. В этом мире виртуальных отношений и киберсекса те, кто перед камерой, называются «моделями», а мужчины, которые смотрят, — «членами».
Лана работает в комнате 8.
Лана работает в комнате 8. В ней доминирует круглая кровать с подушками. Есть шкаф, в котором хранятся некоторые из ее вещей.
«Я обычно выбираю платья, нижнее белье или кожу,» — говорит она.
В углу комнаты стоит большой компьютерный экран, дорогая камера и за ними профессиональные осветительные приборы. Десятки пар глаз могут видеть Лану в ее комнате онлайн в реальном времени через специализированные взрослые сайты. Но она не зарабатывает деньги, пока член не попросит ее «перейти в приват» в индивидуальной сессии вебкама.
Работая восемь часов в день, она зарабатывает около 4000 евро (£3600) в месяц — почти в 10 раз больше средней зарплаты в Румынии. Как работодатель Ланы, Студия 20 также зарабатывает 4000 евро в месяц с ее онлайн-сессий. А на вершине пирамиды заработка от видеочатов, LiveJasmin — онлайн-кам-сайт, который транслирует контент Студии 20 и отвечает за сбор платежей с кредитных карт клиентов — берет вдвое больше: 8000 евро.
Узнать больше
LiveJasmin — крупнейший интернет-кам-хост в мире. От 35 до 40 миллионов пользователей посещают его ежедневно, и в любой момент времени в сети находятся 2000 моделей. Не трудно понять, как индустрия вебкам, в целом, сгенерировала оценочно 2–3 миллиарда долларов в 2016 году.
Лана — выпускница, которая работала в сфере недвижимости, пока глобальный экономический кризис 2008 года не погрузил Румынию в рецессию. Именно тогда она впервые занялась видеочатом. Ее первый день перед камерой остался в ее памяти.
«Я была одна в комнате, и мне казалось, что вокруг меня сотни людей. И я не могла уследить за тем, что они все говорят и что они от меня хотят. Это было довольно шокирующе. Но потом я научилась быть восприимчивой к тому, какой член является потенциальным платным клиентом и не тратить время на всех в бесплатном онлайн-пространстве.»
Частные сессии вебкама
Так что происходит в частной, индивидуальной сессии вебкама?
«В основном это разговор. Я иногда играю роли, и небольшая часть этого — это нагота и мастурбация,» — говорит она.
Хотя члены иногда пытаются заставить ее делать то, что она не хочет, она может задавать темп.
«Это зависит от вас как от женщины вести, и это довольно вдохновляет.»
Важно удерживать платящего клиента онлайн как можно дольше.
«У вас есть 10 минут, чтобы быть милой и сексуальной, а затем вам лучше иметь о чем поговорить, потому что иначе член не останется,» — говорит Андра Чирногеану, PR-менеджер Студии 20.
С этой целью Студия 20 нанимает тренеров, психолога и преподавателя английского языка. Большинство клиентов из Северной Америки и Европы, поэтому важно, чтобы модели могли общаться с ними.
Но у преподавателя английского, Андреа, есть задача, которая выходит далеко за рамки языковых навыков.
«Я учу их фетишам — что такое фетиш, почему у человека он есть… Мы изучаем Фрейда и много психологии. И мы изучаем книгу жестов, потому что женщины должны быть чувственными, умными и красивыми.»
География тоже важна, чтобы модели могли говорить о том, откуда члены.
«Это или экзотические места,» — говорит Андреа. «Это не только секс-бизнес, как думают некоторые люди — модели должны говорить с членом так, как будто они находятся в нормальных онлайн-отношениях. Умение обсуждать множество тем приносит комфорт обеим сторонам.»
Студия 20 и глобальная индустрия вебкам
Студия 20 — крупнейшая франшиза студий вебкам в мире. У нее девять филиалов в Румынии, включая один, который нанимает «кам-мальчиков», обслуживающих гей-рынок. Другие филиалы находятся в колумбийском городе Кали, Будапеште и Лос-Анджелесе.
Не все модели работают из студии. Сэнди Белл — выпускница с двумя университетскими дипломами — одна из небольшой армии женщин, которые ведут вебкам из дома. Она зарабатывает около 100 евро (£90) в день, когда выходит в онлайн, чтобы дополнить свой доход как дизайнер интерьеров. Одно из преимуществ независимости — и прямого общения с веб-хостингом — это то, что она получает большую долю от сборов членов.
«В основном это хорошие парни, не сумасшедшие мужчины,» — говорит она. «Есть много членов, ищущих любовь. Они хотят связи. Некоторые члены хотят, чтобы вы называли их имя. Или чтобы поговорить с ними, пока вы танцуете и раздеваетесь. Я очень честна с ними — они знают, что у меня есть парень, и они знают, что мы не будем заниматься сексом в реальной жизни.»
Конфиденциальность и личная жизнь
Партнер Сэнди Белл живет с ней в их высотном доме на окраине Бухареста. Он знает, чем она занимается, но ее родители — нет. В этой индустрии не редкость — даже для владельцев студий — скрывать свои профессии от семьи и друзей. Это объясняет тот факт, что те, кто общался с BBC в Бухаресте, предпочли использовать свое кам-имя или просто имя.
В отличие от многих, кто работает в секс-индустрии, Сэнди Белл не беспокоится о своей безопасности.
«Что может сделать член со мной? Если он пересечет границу или даже будет груб со мной, я просто нажимаю мышкой и останавливаю это. И я могу поговорить с администратором на сайте, и они заблокируют IP-адрес, так что парень никогда не сможет войти снова, даже если он изменит свой ник. Я имею в виду, эти люди находятся за тысячи миль от меня. Они не трогают вас — никто вас не трогает. Вы выходите в онлайн одни и работаете в онлайн одни. Это не имеет ничего общего с проституцией.»
Дебаты и критика
Является ли Сэнди Белл жертвой? Она говорит, что нет, хотя феминистки, такие как Ирина Илисей, утверждают, что вопрос более сложный, чем кажется.
«Говорим ли мы о женщинах, которых заставляют это делать? Это женщины, которые выбирают это? Или, возможно, они делают это, потому что они психологически манипулируемы или у них нет экономической стабильности. Вероятно, это комбинация всех этих факторов.»
Илисей считает, что факторы, подталкивающие к этому, включают высокий уровень подростковой беременности в Румынии и тот факт, что 30% тех, кто заканчивает высшее образование, не могут найти работу.
Индустрия вебкам также делает все возможное, чтобы заманить молодых женщин в бизнес.
«На университетских кампусах есть объявления,» — говорит Илисей. «Студенты получают прямые сообщения в Facebook с предложениями о работе. И студии очень корпоративные — точно так же, как работа на начальном уровне в других областях. Язык — это все о том, чтобы вдохновлять молодых женщин, быть независимыми, учиться навыкам, даже получать бонусы, если вы убедите своих друзей попробовать это тоже.»
Разные опыты в индустрии
Для Ланы, 31, вебкамминг обеспечил достаточно денег, чтобы она могла воспитывать свою дочь одна и думать о вложении денег во что-то «что принесет деньги стране». Она планирует уйти через два года.
Но некоторые женщины не свободны в выборе, который есть у Ланы. Оана, 28, считает себя беглянкой из секс-индустрии. В 16 лет — будучи несовершеннолетней — она влюбилась в парня, который убедил ее заняться видеочатом.
«Он сказал мне, что мне нужно только говорить. Вот и все. Но он был в комнате со мной, и мы снимали порно там.»
В Румынии незаконно, чтобы мужчина и женщина вебкаммили вместе, но невозможно сказать, насколько часто закон нарушается так, как описывает Оана. Она продолжила работать проституткой в Германии, пока не нашла смелость вернуться в Бухарест и начать новую жизнь. Теперь она работает в профилактике секс-работы — рассказывая молодым женщинам о своем опыте и пытаясь убедить их в опасности видеочата.
«Есть девушки, которые думают, что они просто будут сидеть перед камерой и зарабатывать деньги. Но все, что они делают там, повлияет на их психику. Следующий шаг — проституция. Я это вижу сейчас.»
Лана не согласна.
«Это о продаже вашего разума, а не вашего тела,» — говорит она. «Я вижу это как представление, как шоу. Но это не работа для всех — многие девушки уходят после нескольких недель или даже дней, потому что у них есть установка, что они продают свое тело. Ваша установка имеет значение в этой работе. У меня есть свои пределы, и я действительно не чувствую себя эксплуатируемой.»
Андра Чирногеану, PR-менеджер Студии 20, также отвергает идею о том, что это рискованная или психологически вредная работа.
«Психологически вредно оставаться 12 часов в офисе, получая минимальную зарплату,» — говорит она.
Но тот факт, что модели часто стремятся скрыть свою работу, возможно, говорит о многом. Если бы Лана и Сэнди Белл могли хорошо зарабатывать, используя свои квалификации и другой опыт работы, выбрали бы они все равно раздеваться перед клиентами в Нью-Йорке, Франкфурте и Лондоне?